Этой газеты больше нет. "Народнае слова"

15.02.2011. Сегодня – День памяти воинов-интернационалистов
Дорогие друзья!
День памяти воинов-интернационалистов – памятная дата для каждого жителя нашей страны.
Мужественное противостояние попыткам недружественных сил нарушить интересы Родины  продемонстрировали всему миру крепость духа наших защитников, их мужество и высокую боевую готовность.
Сотни сыновей витебской земли не вернулись домой из Афганистана. Имена погибших бессмертны. Мы будем помнить о них как о героях, которые остались верны Отечеству и военной присяге.
Сегодня ветераны боевых действий, воины-интернационалисты – надёжные помощники в деле строительства сильной и процветающей Беларуси, реализации задач, стоящих перед областью. Вы вносите значительный вклад в экономическое развитие Придвинского края, патриотическое воспитание молодёжи, поддержание стабильности и согласия в обществе.
Благодарю вас за мужество и стойкость, активную и ответственную гражданскую позицию.
В этот день памяти и скорби желаю вам, дорогие воины-интернационалисты, вашим родным и близким мира, счастья, здоровья, успехов в труде на благо родной земли.
С уважением Александр Косинец,председатель Витебского областного исполнительного комитета.


Еще снится иногда Гиндукуш

В минуту передышки можно было и попозировать для камеры. В центре – А. Халатрян.
Уже более 20 лет живет в Витебске уроженец дальневосточного Приморья и представитель солнечной Армении Александр Халатрян (на фото). В знании истории и языка белорусов он не уступит сегодня многим из «тутэйшых». Военврач в отставке, воин-интернационалист, издатель газет «Балясы» и «Впрок-Витебск»…
Наша беседа состоялась накануне дня вывода советских войск из Афганистана. Неудивительно, что она касалась и темы «необъявленной войны».
– Александр Яковлевич, каким был ваш путь к профессии военного врача?
– Я родился в семье военного, с детства, можно сказать, впитал любовь к этой профессии – защищать Родину! Испытал на себе все «прелести» кочевой жизни. Жили и в Приморье, и на Украине… Не сказать, чтобы бредил профессией медика, но тянуло к изучению человеческого организма. Сначала поступал во 2-й Московский мединститут имени Пирогова, но не прошел по конкурсу. Через год выбрал уже Питер. Эта попытка была удачной: поступил в Военно-медицинскую академию им.С.М.Кирова, которую окончил в 1984 году.
–  Чем отличается военный вуз от гражданского?
– Хочется отметить, что академия является старейшим медицинским учреждением России, с ней связаны судьбы таких известных людей, как Пирогов, Сеченов, композитор и ученый Бородин, и многих других видных деятелей отечественной науки… Она была основана в 1798 году. Я поступил на сухопутный факультет, в группу подготовки врачей для ВДВ. То есть с первых дней обучения знал, что после выпуска буду десантником. Мы этим очень гордились, в период учебы совершали прыжки с парашютом.
– А после академии довелось попасть в горячую точку?
– После окончания вуза меня направили на службу в Болградскую дивизию в Одесский военный округ врачом парашютно-десантного батальона. Прошел курсы переподготовки на специальность рентгенолога. Что направят в Афганистан, знал точно. Врач, на чье место я пришел, должен был вскоре вернуться из горячей точки, а заменить его предстояло мне. В марте 1986 года получил направление и через пересыльный пункт в Ташкенте через пять дней, 18 числа, уже был в Кабуле, в расположении 103-й Витебской десантной дивизии.
– К этому времени уже были женатым человеком?
– Да, еще во время учебы женился. Жена, тоже армянка, родом из Тбилиси, училась в медицинском институте. Поженились в Питере. К Афгану у меня уже был сын Тигран и жена была в «положении» – беременна вторым нашим ребенком. Семью отправил к теще, а затем они перебрались к моей маме в Ереван.
– Страшно было лететь в Афган?
– Страха особого не было, фатализмом не страдаю, но знать свою судьбу заранее дано не всем, тем более на гражданке. Да, я знал, что на войне легче проститься с жизнью. Но был настоящий дух романтики, ответственности. Ведь это Воздушно-десантные войска! Да и специфика профессии позволяла более философски смотреть на мир. Не знаю, как в других войсках, но в ВДВ очень мало бывало отказов от службы в Афгане. А в Демократической Республике Афганистан уже налаживалась относительно спокойная жизнь, были построены модульные городки. Вокруг Кабула находилось около 50 застав, чтобы «духи» не могли подобраться к столице. Вмешалась, однако, история, и вскоре советские войска покинули эту и поныне беспокойную страну…
– Эту войну называют «странной»…
– Да, война была очень странной, скорее, партизанской. Характер боевых действий был рейдовым. Не существовало постоянной линии фронта. А люди гибли, похоронки шли, гробы везли… Правду написала белорусская писательница Светлана Алексиевич в документальном произведении «Цинковые мальчики», хотя поначалу я воспринял его очень негативно, считал дестабилизирующим. Против нас воевали не только афганцы – пуштуны или таджики, но и представители других национальностей – в основном арабы. Душманы были организованы в четыре исламские партии – как пропакистанские (фактически проамериканские), так и проиранские. Тайно присутствовали страны НАТО, Китай, поставлявшие нашим противникам оружие. Большая часть тех же автоматов Калашникова была китайского производства, мины – итальянские, ракеты «Стингер» класса «земля-воздух» – американские.
– Эта бессмысленная война унесла около 15 тысяч жизней!
– С военной точки зрения, кстати, это не такая уже и большая цифра, учитывая, что горнило Афганистана прошло более миллиона советских граждан. (В то время ежегодно в СССР только в автокатастрофах гибли до 30 тысяч человек). Но ведь эти жертвы не были оправданны, а жизни были отданы за желание руководителей СССР и КПСС быть мировой сверхдержавой. За скупыми цифрами стоят прерванные судьбы, горе родственников.
– Что запомнилось навсегда?
– Запомнилось, как ездили колоннами в Союз за оружием и продовольствием. Как нападали моджахеды… Навсегда запомнятся и переходы через самый высокогорный в мире перевал Саланг, что находится на высоте до 3,5 км над уровнем моря. Движение одностороннее, частые пробки, в которых люди погибали от угарных газов. Не забуду и красивейшие места под Кабулом, отроги Гиндукуша…
– Как потом оказались в Витебске?
– В 1988 году меня перевели из Афганистана в Кировабад. Это был разгар армяно-азербайджанского конфликта. Я испытал еще больший шок, чем даже в Афганистане. Сколько родных разбросало по всему свету! А я снова оказался в 103-й Витебской гвардейской Краснознамённой ордена Кутузова II степени, ордена Ленина воздушно-десантной дивизии, где и закончил службу уже в рядах Вооруженных Сил Республики Беларусь.
Получил квартиру. Жена долго работала врачом-педиатром, теперь она детский окулист. А я решил, что в 40 лет тяжело переходить из военной медицины в гражданскую. Так получилось, что выбрал для себя журналистику и издательский бизнес. Пока нравится. Военная закалка и дисциплина очень помогают. Есть много планов…
Алесь Быньков, фото автора, «НС».Фото из личного архива.


Музей рассказывает
Особенностью культурно- исторической палитры Витебска является наличие в нем музея воинов-интернационалистов.
В 1992 году на улице Воинов-интернационалистов был построен 14-этажный жилой дом. По инициативе Витебской ассоциации ветеранов войны в Афганистане две квартиры первого этажа, на котором живут в основном семьи «афганцев», выделили под музей.
Идея создания музея возникла в конце 1980-х. В Витебске на базе Дворца пионеров Первомайского района был создан поисковый отряд «Красный клевер». Его руководитель с группой учащихся 8-9 классов собирал документы, фотографии и личные вещи бойцов, часть которых затем вошла в экспозицию мемориального зала музея.
Большую часть экспозиции составляют боевые трофеи и документы 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. В декабре 1979 года она одной из первых была введена в Афганистан.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить