В составе службы государственной безопасности

Афганский излом

В составе службы государственной безопасности Демократической Республики Афганистан работал «скромный» офицер связи – советский оперативник Павел Зенченко
В далеком Афганистане советские люди жили, работали и воевали за идею – верности долгу, государству, народу, стране.
Интернациональный долг в Демократической Республике Афганистан исполняли военнослужащие многих родов войск Советской Армии – десантники, летчики, танкисты, артиллеристы, связисты, медики. По всем направлениям государственного строительства, которое осуществляло правительство ДРА при поддержке СССР, бок о бок с афганцами работали и наши военные советники. Свою долю смертельного риска, тягот и лишений службы взяли на себя и чекисты. Полковник в отставке Павел Зенченко – один из них.
Когда Павел Семенович прибыл в Кабул, некоторые его товарищи удивлялись: «Что ты здесь забыл? Работал бы спокойно в Союзе!» Подполковник Зенченко только молча улыбался. Высокопарно не отвечал: «Приказы Родины не обсуждаются», но действовал именно по такому принципу. И не только он, но и его, как называет свою супругу Павел Семенович, боевая подруга – Виолетта Константиновна.
Служба военного человека, тем более оперативного сотрудника спокойной не бывает нигде, но, конечно, у себя дома, в мирной стране, Павлу Семеновичу не приходилось жить и работать в условиях жуткой антисанитарии, непрекращающихся артобстрелов, постоянной угрозы подорваться на мине или схлопотать пулю, выпущенную врагом из укрытия.
Начальник отдела управления КГБ по Витебской области Павел Зенченко, конечно, был осведомлен вполне о том, что происходит в Афганистане, когда в 1987 году ему сказали: «Павел Семенович, человек вы опытный, поэтому без вас никак нельзя обойтись. Пройдите, пожалуйста, медкомиссию на пригодность к работе в жарком и влажном климате. Если пожелаете, то же самое может сделать ваша жена». Но где именно предстояло нести дальнейшую службу? Имелись некоторые не очень надежные сведения, что новым местом службы станет Болгария. Однако, во-первых, эта страна как-то не ассоциируется с жарким и влажным климатом, а во-вторых… Павел Семенович понимал, что стоит за словами «человек вы опытный». Его пятигодичная служба в жарком Узбекистане – в советской республике, родной язык которой близок к афганскому языку дари. Скорее всего, предстояла ему командировка в Афганистан.


Так оно и вышло. Павел Зенченко прибыл в Москву для прохождения трехмесячных подготовительных курсов, где ему сообщили, что предполагается направить его в афганскую провинцию довольно тихую. Это не начало 80-х, когда советские солдаты и офицеры не имели реального опыта ведения боевых действий в горной и бедствующей стране с тяжелым климатом, в условиях противоборства враждующих сил внутри самого Афганистана, а также навыков общения с народом совершенного иного уклада жизни и менталитета. Нынче, мол, поспокойней будет, так что жена может отправляться вслед за мужем. Павел Семенович позвонил супруге, предложил остаться дома. «Я с тобой до конца», – ответила Виолетта Константиновна.
На курсах слушатели обязаны были совершить чуть ли не научный подвиг: изучить не только военно-политическую, экономическую, оперативную обстановку в будущей стране пребывания, но и язык дари на разговорном уровне.
Колоритный, древний город Герат, центр одноименной провинции, находится невдалеке от афганско-туркменской границы, но на порядочном расстоянии от Кабула. Перелеты между Гератом и столицей на самолетах военно-транспортной авиации, сопряженные с опасностью быть сбитым душманским «стингером» или просто аварии, стали нормой жизни. Павел Семенович вспоминает случай: вместо 50 человек в Ан-24 по объективным причинам набилась сотня – могучая машина еле оторвалась от земли.
Вначале в Афганистан отправился Павел Семенович, затем к нему прибыла супруга. Во время перелета из Кабула в Герат на Виолетту Константиновну, сугубо гражданского человека, летчики надели парашют, показали, за что надо дернуть, если, как говорится, в случае чего… Офицер запомнил, как побледнело лицо его оцепеневшей супруги после этого инструктажа.
Жили в четырехэтажном здании, что-то вроде гостиницы. Невдалеке были наши типовые пятиэтажки, возведенные советскими строителями для афганцев. Рядом ютились хижины бедняков. Еду готовили сами – из продуктов, за которыми как раз и приходилось летать в Кабул. В гостинице проживали 15 военных советников по различным направлениям, некоторые из офицеров, как и Павел Семенович, – вместе с женами.
В первый же день, когда Павел Зенченко привез супругу в Герат, гостиница подверглась артобстрелу. Боеприпасы разрывались во дворе, попадали в здание. И в дальнейшем подобное случалось довольно часто – через день, через два или три. Кто знает, откуда били минометы моджахедов. Местность вокруг гористая. Наверное, у них не было возможности вести более точный огонь: к счастью, обходилось без жертв. Постоянно держать «шурави» в напряжении, просто пострелять забавы ради – должно быть, такой была задача у противника.
ХАД. Так звучит по-русски эта аббревиатура. Служба государственной информации в Демократической Республике Афганистан. А на самом деле – афганская служба государственной безопасности. И в ее составе – старший офицер связи, если верить штатному расписанию. А в действительности – советский оперативник Павел Зенченко, который вместе с хадовцами выполнял стоящие перед ними задачи.
Организация агентурно-разведывательной деятельности. Работа по делам оперучета. Разработка главарей бандформирований и их пособников. Анализ обстановки в вверенной Павлу Семеновичу провинции. Каждый божий день, с декабря 1987-го по январь 1989-го, нужно было составлять к вечеру аналитическую сводку, отбрасывая второстепенное в этом море оперативной информации, но проследив, чтобы незначительные сведения не оказались самыми важными. Готовая сводка кодировалась и с шифр-поста, который находился в гостинице, уходила в Кабул и далее в Москву. Каждое утро забирал с собою Павел Семенович автомат, запасные обоймы к нему, гранаты, пистолет, садился в машину и вместе с хадовцами ехал на работу. И уповал на то, что пронесет и в этот раз: не наедет колесо уазика на мину, не раздастся из укрытия чей-то выстрел.
Выходных не было, если не считать времени, которое понадобилось на излечение от гепатита. Правда, предлагали Павлу Семеновичу сходить в отпуск, отдохнуть в нормальном советском санатории. Но подполковник отказался: расслабишься, а потом заново привыкай к «тяготам и невзгодам».
Когда жизнь в гостинице стала невыносимой из-за участившихся артобстрелов, Виолетту Константиновну вместе с другими женами офицеров откомандировали обратно в Союз. Она была воспитана в духе атеизма, но после Афганистана пошла в церковь и молилась за то, чтобы муж вернулся живым.
С самого зарождения в Витебске ветеранского движения воинов-интернационалистов Павел Зенченко стал одним из его активных участников. Павел Семенович говорит, что там, «за речкой», он работал и воевал за идею – верности долгу, государству, народу, стране.
Автор: Виталий СЕНЬКОВ.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить